![М.В. Шкаровский. Афонские традиции Санкт-Петербурга и их возрождение в XXI веке](https://old.spbda.ru/wp-content/uploads/2016/04/24.04.2016_afon_S.jpg)
В связи с празднованием в 2016 г. 1000-летия русского монашества на Афоне афонская тематика вызывает значительный интерес в Петербурге, что способствует возрождению афонских традиций. Они были заложены в середине XIX в., прежде всего, благодаря установившимся тесным взаимоотношениям Александро-Невской лавры и русского Пантелеимонова монастыря на Афоне (Руссика). Приезжавшие в этот период в столицу Российской империи для сбора пожертвований афонские иноки часто проживали в Лавре. Так, например, посланные в Россию собирать пожертвования на восстановление храма свт. Николая Чудотворца в Мире Ликийской насельники Руссика иеромонах Афанасий и монах Варсонофий в 1876-1881 гг. в основном пребывали в Александро-Невской лавре. После их отъезда, в 1880-е гг. в лавре в качестве корреспондента Пантелеимонова монастыря постоянно проживал монах Руссика с несколькими послушниками. Многие лаврские иноки приезжали в паломничество на Афон и делали Руссику различные пожертвования [6, оп. 49, д. 2, док. 4020, л. 812].
Благодаря тому, что с начала XVIII в. флотскими священниками в зачастую служили иеромонахи Александро-Невской лавры, некоторые из них побывали в Руссике на борту приходивших к берегам Афона российских военных кораблей. В 1860-е гг. в Лаврской Киновии на средства благотворителя Руссика купца Ф.Ф. Набилкова был возведен главный храм Пресвятой Троицы, святыней которого считался привезенный с Афона образ XVII века Божией Матери «Всех скорбящих радости». В 1904 г. на Никольском кладбище Лавры был похоронен известный своими паломничествами на Афон блаженный Матвей Татомир, над могилой которого построили часовню. Лавра была и главным местом распространения духовной афонской литературы в Петербурге [6, оп. 49, д. 17, док. 3826, л. 45].
В 1886 г. в столице на Забалканском (ныне Московском) пр. было заложено Ново-Афонское подворье, представлявшее Руссик и его отрасль – Ново-Афонскую обитель в Абхазии. В том же году петербургский архитектор Н.Н. Никонов подготовил проект трехэтажного здания подворья в московском стиле XVII в. Сооружение рассчитанного на 2500 человек храма на третьем этаже главного здания подворья шло быстро, и в 1888 г. митрополит Петербургский Исидор (Никольский) освятил главный придел Иверской иконы Божией Матери. Через несколько дней были освящены боковые приделы: св. вмч. Пантелеимона и св. ап. Симона Кананита, затем устроен придел преп. Алексия Человека Божия [6, оп. 49, д. 2, док. 4020, л. 654].
Образа в иконостасах исполнили в Руссике. Со Святой Горы было прислано также несколько хороших икон, в том числе списки Иверской иконы Божией Матери, св. вмч. Пантелеимона и св. ап. Симона Кананита. Но особым почитанием пользовались два образа Божией Матери — «Троеручица» и «Избавительница», которые прославились несколькими исцелениями. Из других святынь имелись частицы мощей Трех Святителей и Животворящего Креста Господня. Привлекала богомольцев в храм также строго уставная афонская служба и пение. Как было принято в монастырях, бедным на подворье ежедневно раздавали бесплатную еду. В подворских зданиях работали иконописная мастерская с лавкой, книжный церковный магазин и популярная пекарня. Доходы подворья, где перед революцией 1917 г. проживало около 50 насельников, достигали 60-80 тыс. рублей в год [2, с. 346-347]. Руссик поддерживал переписку с подворьем до конца 1917 г.
Около 30 лет важным центром укрепления и расширения связей столицы Российской империи со Святой Горой было Петербургское подворье Андреевского скита, которое называли Старо-Афонским. Основание и история подворья была тесно связана с чудотворным образом Божией Матери «В скорбех и печалех утешение». Впервые эта икона, по преданию принадлежавшая в середине XVII в. Вселенскому Патриарху св. Афанасию была привезена для поклонения в Россию в 1861 г., чтобы помочь собрать деньги на строительство в скиту собора св. ап. Андрея Первозванного.
В начале 1860-х гг. монахи Андреевского скита задумали устроить в столице России подворье, в храме которого поместить чудотворную икону. Первые шаги по его созданию относятся к 1861-1862 гг., однако этому воспротивился Святейший Синод, видевший в подворье неконтролируемый источник средств. В 1879 г. скиту пожертвовали участок на углу 5-й Рождественской и Дегтярной улиц для создания подворья, но его устройству в то время опять помешал Синод [8, ф. 796, оп. 142, д. 1273, ф. 1574, оп. 2, д. 108, л. 5-8].
Наконец, в 1888 г. по инициативе настоятеля Андреевского скита иеросхимонаха Феоклита было принято решение построить в Петербурге храм Благовещения Пресвятой Богородицы (Небесной игумении Афона). 11 мая 1889 г. император Александр III утвердил ходатайство Петербургского митрополита Исидора (Никольского) о возведении храма. Закладку церкви 8 сентября 1889 г. освятил Петербургский митрополит Исидор, который был одним из ктиторов Андреевского скита. Двухэтажный храм на 1500 человек в 1889-1890 гг. возвел в московско-ярославском стиле XVII века зодчий Н.Н. Никонов. Также по его проекту был построен жилой флигель для монахов [5, с. 173].
С марта 1890 г. образ Божией Матери «В скорбех и печалех утешение» в течение месяца провезли по многим городам России и затем доставили на петербургское подворье скита, где и поместили в храм. 22 октября 1892 г. новый Петербургский митрополит Палладий (Раев) освятил главный престол Благовещения Пресвятой Богородицы. Главной святыней в храме была упомянутая чудотворная икона, перед которой 19 ноября, когда в России от нее свершилось первое чудо, служился торжественный молебен. С Афона были привезены частицы мощей 12 мучеников и частица Животворящего Древа Господня (помещенные в специальный мощевик), оттуда же к Вербному воскресенью доставлялись освященные лавровые ветки, раздаваемые молящимся [2, с. 345].
Важную роль в истории Петербургского подворья и самого Андреевского скита сыграл бессребреник схимонах Иннокентий (Сибиряков), сибирский миллионер отдавший все свои средства на благотворительность и церковное строительство, в частности на постройку Андреевского подворья в Петербурге, и ставший примером нестяжательности не только для Афона, но и для всей России [4, с. 551-552]. Жизнь Петербургского подворья регулировалась игуменом скита, которому отправлялись весьма значительный доход и вся отчетность. К 1914 г. на подворье насчитывалось 24 монаха и послушника [1, с. 27-28].
Вспыхнувшая в 1914 г. Первая мировая война нанесла заметный удар по подворской жизни, так как нормальная связь со скитом была разорвана. Через несколько месяцев после начала войны, — 12 февраля 1915 г. в час дня свмч. Петроградский митрополит Владимир (Богоявленский) начал перед чудотворной иконой Божией Матери «В скорбех и печалех утешение» неусыпное молебное пение о даровании победы русскому воинству. По мысли митрополита подворье становилось как бы новой «обителью неусыпающих», подобной бывшей в древности в Константинополе. С тех пор молебны и панихиды совершались здесь день и ночь в течение двух с лишним лет [3, с. 185-189].
События Октябрьской революции 1917 г. самым непосредственным образом коснулись подворий. Вся церковная собственность подлежала национализации, и по советским законам каждый действующий храм должен был иметь приходской совет. В связи с этим осенью 1919 г. храмы афонских подворий стали приходскими [9, ф. 1001, оп. 7, д. 4, л. 125].
В первые послереволюционные годы из монахов двух Петроградских подворий на Афон уехали 5 человек и еще около 20 — на Кавказ в Ново-Афонский монастырь. Оставшиеся насельники добились от нескольких церковных и светских инстанций справок о том, что они, как афониты, находятся в каноническом подчинении Константинопольскому Патриарху, но это им мало помогло [5, с. 173].
В 1922 г. Ново-Афонское подворье было захвачено раскольниками – обновленцами, храм Иверской иконы Божией Матери оказался закрыт в 1930 г. и в середине 1930-х гг. перестроен в промышленное здание, при этом часть дома позднее снесли [2, с. 347]. Сохранился лишь жилой дворовый флигель, но Пантелеимонов монастырь, как и возрожденная Ново-Афонская обитель, на него пока не претендуют.
Возглавляемое архимандритом Макарием (Реутовым) Старо-Афонское подворье было подвергнуто фактическому разгрому Осенью 1929 г. у братии отняли помещения в жилом флигеле. Правда, расторжения договора (и вероятного закрытия храма) тогда удалось избежать. В результате насильственного выселения 18 из 25 монахов подворья перебрались в пос. Петро-Славянка, в 30 км от Ленинграда. Там они образовала небольшой монашеский скит, и даже строили себе тайный молитвенный дом. В доме на Смоленской ул., 6/3, поселились семь иноков. Каждый день они ездили в Благовещенском храме подворья на богослужение и даже оставались ночевать при нем.
В конце 1920-х гг. монахи Старо-Афонского подворья стали участниками иосифлянского движения (так называемой Истинно-Православной Церкви), боровшегося с компромиссной по отношению к советской власти линией церковной политики Заместителя Патриаршего Местоблюстителя митрополита Сергия (Страгородского). В 1929-1930 гг. архимандрит Макарий (Реутов), по некоторым сведениям, был тайно хиротонисан иосифлянскими архиереями во епископа в Псковскую епархию, а позже принял постриг в схиму [2, с. 345].
В 1932 г. в Ленинграде началась кампания массовых арестов православных священнослужителей и, прежде всего монашествующих. Главный удар по еще проживавшим в городе насельникам различных обителей и монастырских подворий органы ОГПУ нанесли в так называемую «святую ночь» с 17 на 18 февраля 1932 г. По одному из таких дел проходила и 7 насельников Старо-Афонского подворья, приговоренных к 3 годам ссылки в Среднюю Азию и Казахстан [7, д. П-8894, т. 1, л. 321-333].
Оставшиеся на свободе афонские монахи после этих репрессий покинули Петро-Славянку и поселились на разных квартирах в Ленинграде. Чтобы избежать ареста в будущем, они с сентября 1932 г. вели переговоры с послом Греции о возможности своего перехода в греческое подданство и возвращении в их пользование здания подворья. Незадолго до своего ареста архимандриту Макарию удалось получить от греческого посла документ, что подворье в Ленинграде является филиалом Андреевского скита на Афоне. Но в 1932 г. такой документ уже не мог спасти афонских монахов от расправы. Осенью 1932 г. ГПУ приступило к фабрикации массового дела «контрреволюционной монархической церковной организации «Истинно-православных»». По нему проходили и 18 монахов Старо-Афонского подворья во главе с о. Макарием. Вынесенный 8 декабря 1932 г. приговор оказался более суровым, чем предыдущей группе насельников подворья. Так архимандрит Макарий был приговорен к 10 годам лагерей [7, д. П-80743, т. 5, 7].
15 февраля 1933 г. президиум Леноблисполкома принял постановление ликвидировать Старо-Афонское подворье. Храм Благовещения Пресвятой Богородицы был закрыт 31 марта 1933 г. и передан Ленинградскому областному архивному управлению [9, ф. 1000, оп. 51, д. 35, л. 36, 44]. После перестройки храма, здание занял архив (с 1991 г. Центральный государственный архив научно-технической документации Санкт-Петербурга).
Икона Божией Матери «В скорбех и печалех утешение» в 1933 г. была передана в Николо-Богоявленский собор, сейчас хранится в алтаре и выносится оттуда с крестным ходом один раз в год. Другая святыня подворья — мощевик с частицами мощей 12 мучеников и частицей Животворящего Древа Господня также была перенесена в 1933 г. в Николо-Богоявленский собор и сейчас находится в его верхнем храме.
В настоящее время здание церкви Благовещения Пресвятой Богородицы по-прежнему занимает архив. Так как Андреевский скит перестал быть русским, с конца 1990-х гг. попытки вернуть храм предпринимала главная русская афонская обитель – Пантелеимонов монастырь. В конце 2000-х гг. в небольшой части подворья была устроена и освящена часовня в честь иконы Божией Матери «В скорбех и печалех утешение». Летом 2016 г. планируется совершить переезд архива в уже построенное новое здание на Тамбовской улице, а в исторических помещениях, вероятно, состоится устройство подворья афонского Пантелеимонова монастыря.
В связи с 1000-летием русского монашества Афона в Петербурге в 2016 г. намечена и уже начала реализовываться широкая программа его празднования. Так в феврале началось ежемесячное проведение в созданном Византийском кабинете Санкт-Петербургской Духовной Академии круглых столов, посвященных осмыслению русского присутствия на Святой Горе. В мае в Президентской библиотеке им. Б.Н. Ельцина состоится презентация серии книг из 25 томов, подготовленных Пантелеимоновым монастырем, посвященных 1000-летию Русского Афона. Осенью в Духовной Академии и Российском институте истории искусств планируется проведение научных конференций о духовных ценностях Афона на Северо-Западе. Готовится серия научных изданий, в т.ч. специальных номеров журналов, посвященных Русскому Афону, циклов радиопередач, документальных фильмов, концертов духовных хоров, тематических вечеров, бесед о духовной жизни и аскезе, открытых уроков в учебных заведениях города, паломнических поездок из Петербурга на Святую Гору и т.д. Таким образом, афонские традиции в «северной столице» активно возрождаются.
Доклад М.В. Шкаровского на научной конференции «Религиозная ситуация на Северо-Западе России» 9 марта 2016 г. в Санкт-Петербурге
Список литературы и источников
- Антонов В.В. Разгром Афонского подворья в Ленинграде // Возвращение. 1996. № 8. С. 25-28.
- Антонов В.В., Кобак А.В. Святыни Санкт-Петербурга. Энциклопедия христианских храмов. СПб.: Лики России, Фонд «Спас», 2010. – 512 стр.
- Наставления и утешения святой веры христианской. 1916. № 6.
- Русский афонский отечник XIX – XX веков. Святая Гора Афон: Русский Свято-Пантелеимонов монастырь на Афоне, 2012. – 752 стр.
- Талалай М.Г., Яковлев Н.А. Афонское Андреевское подворье на Песках // Петербургские чтения 97. СПб., 1997. С. 172-174.
- Архив Русского Пантелеимонова монастыря на Афоне.
- Архив Управления Федеральной службы безопасности Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Ленинградской области.
- Российский государственный исторический архив.
- Центральный государственный архив Санкт-Петербурга.