![Архимандрит Августин (Никитин). Перу: Мачу-Пикчу, последний оплот инков](https://old.spbda.ru/wp-content/uploads/2017/05/15.05.17_pery_mini.jpg)
Европейцы сначала открыли Америку, а потом начали методично ее уничтожать. В Новом свете они увидели богатые города, великолепные дворцы и храмы, горные террасы, засеянные невиданными растениями, мощеные дороги, каналы и мосты. Увы, в столкновениях с жаждавшими добычи конкистадорами древние государства ацтеков и инков погибли, и от их своеобразной культуры мало что осталось. Теперь лишь ученые-археологи по крупицам восстанавливают картину жизни этих высокоразвитых цивилизаций.
Жемчужина инкской культуры — город-крепость Мачу-Пикчу. В 1983 году этот уникальный памятник древней архитектуры был объявлен ЮНЕСКО культурным достоянием человечества. Именно туда мы с вами отправимся.
… До восхода солнца еще полчаса, но у входа на железнодорожный вокзал Сан-Педро в Куско, бывшей столицы индейского государства Тауантинсуйу, уже образовалась небольшая очередь. Здесь продают билеты на поезд до Агуа Калиенте (Горячая вода). Составу, состоящему из семи вагончиков, предстоит преодолеть по узкоколейке около 100 километров, но чтобы это сделать, нужно будет четыре раза изменить направление движения — ехать то вперед, то назад и все время — вверх, на перевал высотой 3600 метров над уровнем моря.
Наш поезд — для простой публики. В Мачу-Пикчу из Куско автобусы не ходят, и с туристов за проезд дерут три шкуры — монополия! Есть еще один поезд — для состоятельных клиентов, с рестораном. Это обойдется в два раза дороже. А для самых «башлястых» — автомотриса с кондиционером, кельнерами и прочими наворотами: 70 долларов в оба конца.
Мачу-Пикчу (в переводе — Cтарая гора) — город удивительной истории и неразгаданных тайн. Испанские конкистадоры, захватившие в XVI веке территорию современного Перу, так и не смогли обнаружить эту крепость, в которой укрылись инки, не желавшие подчиниться иноземному господству. В течение более трехсот лет он был в полном смысле слова «потерянным городом» — никто не подозревал о его существовании. Считают, что последние обитатели Мачу-Пикчу скончались к началу XVII века, а открыт он был Хирамом Бингемом только 24 июля 1911 года.
Произведенные под руководством этого американского ученого в течение четырех лет раскопки и работы по очистке территории от растительности позволили увидеть построенные на горном склоне сотни каменных зданий и множество других сооружений — лестницы, переходы, пещеры. Все это и образовало хорошо защищенный город-крепость, о происхождении которого споры продолжаются по сей день. Бингем не только открыл Мачу-Пикчу, но и вывез из Перу 3 тысячи золотых изделий инкской цивилизации, хранящихся ныне в музее Йельского университета (США).
Поезд добирается до «Горячеводска» к полудню. Большинство туристов тут же пересаживается в небольшие автобусы и отправляется к Мачу-Пикчу. Их задача — обежать крепость часа за два и к вечеру на поезде вернуться в Куско. Но это все равно, что за два часа «прошвырнуться» по Эрмитажу. Я решил пойти другим путем — заглянул в отели. Их здесь предостаточно, и посредники умоляют поселиться именно в их гостинице. Размещаюсь в пристанище под названием «Има Сусак» (старшее поколение хорошо помнит эту перуанскую певицу с переливчатым, в несколько регистров голосом). Теперь — на горячие источники, здесь западники «берут ванны», а завтра с утра — в Мачу-Пикчу.
Этот город весьма необычен. Расположенный в котловине горной цепи Вилкабамба, на высоте 2900 метров над уровнем моря, он был последним из поселений, построенных столь высоко, в ущелье, тянущемся вдоль рек Юкау и Урубамбы, к северу от Куско. За пределами Мачу-Пикчу Урубамба устремляется вниз, в джунгли, а вершины гор скрыты от глаз пеленой тропических туманов.
Во времена инков значительная часть речной долины была сложна для заселения и сооружения террас для земледелия. Их горизонтальную поверхность выравнивали, укладывая булыжниками, а затем засыпая землей, — так создавалась плоскость, пригодная для земледелия. Инки сооружали террасы и для строительства своих домов. Крепость расположена на вершине неприступного утеса по берегу реки Вильканотой и окружена многометровой стеной из громадных каменных блоков. Вдоль стены — здания, которые тесно прижаты друг к другу. Их разделяют узкие проходы и многочисленные лестницы.
Долгое время оставалось невыясненным, к какой эпохе относится строительство города. Одни ученые относили время постройки еще к доинкской эпохе, другие считали Мачу-Пикчу вершиной строительной деятельности именно инков. В начале 1980-х здесь обнаружили склеп, в котором, как предполагают, был захоронен Инка Манко — вождь крупнейшего индейского восстания против испанцев. Оно вспыхнуло в 1535 году и длилось около сорока лет.
Дискуссии специалистов продолжаются, а тем временем дата основания Мачу-Пикчу перестала быть загадкой для ученых. С помощью датировки радиоуглеродным методом и ряда других исследований, проведенных в последнее время, сотрудники Национального института культуры Перу определили, что город-крепость начали строить в 1450 году, когда у власти был Верховный инка Пачакутек (1438—1471). Тем самым были опровергнуты как теории, приписывающие Мачу-Пикчу более чем тысячелетнюю историю, так и версии, исходящие из предположения, что крепость построили для противодействия волне испанских завоеваний.
Теперь считается, что загадочный город строили с целью дать приют примерно тысяче человек, в которых нуждался Пачакутеку, именуемый «великим строителем» и считающийся основателем империи инков. Исследования выявили, что Мачу-Пикчу был административным центром новой земледельческой зоны, продвинутой в направлении джунглей. Однако по причинам, не выясненным до сих пор, инки покинули город так же, как соседние горы Хуайяна-Пикчу и Эль-Мандор, где тоже обнаружены следы древней культуры.
Из всех городов, сооруженных инками, Мачу-Пикчу — один из красивейших. Он целиком построен из местного гранита. Иногда глыбы разбирали на прямоугольные блоки, которые подгоняли друг к другу столь идеально, что поверхность выглядит совершенно гладкой. Есть здесь и дома, построенные из многоугольных, очень плотно пригнанных друг к другу глыб. Их обтесывали, укладывали на землю и облицовывали каменными плитками. Некоторые дома, по-видимому, предназначенные для простых ремесленников, построены из пирки — камня, обмазанного глиной. Храмы, дома и дворцы окружены ступенями сельскохозяйственных террас.
Первооткрыватель Мачу-Пикчу Xирам Бингем решил, что это и есть удивительный «потерянный город», в котором вождь инков Манко и его сторонники укрылись в 1533 году, когда их империя была завоевана Испанией. В них, по мнению ученого, они и жили в течение сорока лет. Бингем также считал, что свыше 80 процентов скелетов, обнаруженных в могилах в районе Мачу-Пикчу, были женскими. Это навело его на мысль, что город служил последним прибежищем «ахльякуна», «дев Солнца» — самых красивых девушек, собранных сюда со всей империи. Этих избранных женщин обучали выделывать тончайшие ткани, варить особое маисовое пиво, называемое чичей, и готовить еду для Сапа-инки — верховного правителя. Из них отбирали женщин для гарема, если этот термин применим к цивилизации инков.
Но это всего лишь романтическая гипотеза. Позднейшие исследования показали, что фактически среди скелетов, обнаруженных в захоронениях Мачу-Пикчу, мужских гораздо больше, чем это предполагал Бингем. Однако две другие гипотезы по-прежнему находят широкую поддержку. Одна из них заключается в том, что Мачу-Пикчу по существу был военной крепостью, предназначенной для защиты от нападений диких племен, обитавших в окрестных джунглях. По другой гипотезе многие здешние сооружения имеют, вероятно, церемониальное и религиозное назначение.
Но подобные предположения не в состоянии объяснить всю сложность общественного устройства инков, в котором проявилась государственная мудрость их верховных правителей. На протяжении последних двадцати лет усилиями виднейших археологов создана широкая и многообразная картина, исходящая из нового понимании истоков и природы культуры инков. Мачу-Пикчу, возможно, имел как социальное, так и экономическое и религиозное значение. Для того чтобы осмыслить это, надо узнать, как Сапа-инки управляли подвластными им людьми на каждом этапе их жизни.
Девочки в возрасте 9—12 лет занимались выращиванием цветов и других растений, использовавшихся для изготовления красителей, которыми обрабатывались ткани, а также в кулинароных целях, в медицине, для ритуальных церемоний. Юноши в возрасте от 16 до 25 лет несли службу в своеобразной телеграфной системе — были посыльными на дорогах. Пробегая этапы протяженностью более километра, они обеспечивали передачу сообщений на расстояние порядка ста километров между Куско и Мачу-Пикчу. Уходило на это не более шести часов.
Развитой и сложной была экономическая жизнь инков. Так, люди старшего возраста, владельцы домов, платили налоги посредством миты — личного участия в общественных работах. Многие занимались совместной обработкой земли, обеспечивая пищей верховных правителей и жречество. По статусу это были полурабы, получавшие питание и одежду от государства. Кроме того, инки удерживали под своей властью и активно осваивали завоеванные районы. Для этого приходилось отрывать от дома сотни, а то и тысячи людей и переправлять их в отдаленные районы империи, где те должны были подолгу жить и участвовать в общественных работах.
Чтобы кормить и одевать общественных и подневольных работников, путешествующих знатных особ и армию, инки создали обширную систему складов. Это были проветриваемые хранилища, заполненные маисом, сушеным и мороженым картофелем, высушенным мясом ламы, красным перцем. Там же сберегались одежда, инструменты, оружие и другие необходимые предметы. Инки, похоже, были и первыми собирателями листьв растения кока, которые оказывали наркотическое воздействие, что помогало впадать в транс во время ритуальных церемоний. Коку жевали также посыльные и другая рабсила, чтобы преодолеть усталость после тяжелого труда.
Уже в древности человечество разработало два основных вида письменности — алфавитную и иероглифическую. Последняя («кэлька») имелась у инков. Однако доступ к иероглифической письменности был строго ограничен. Ею пользовалось лишь небольшое число лиц — сам Сапа-инка, высшие сановники, жрецы и всевидящие инспекторы и ревизоры. Наряду с кэлькой инки прибегали и к так называемому узелковому письму, передававшему главным образом хозяйственную информацию.
Чтобы «записывать» все происходящее, инки использовали приспособление из связанных узелками веревок, которое называлось «кипу» и служило для сохранения исторических сведений, переписи населения в провинции и подсчета урожая. С кипу работали специально обученные люди — кипукамайоки. Для счета они, возможно, использовали мелкие камешки или особые счетные устройства, напоминающие абак. Инки разработали десятичную систему счисления и ввели понятие нуля. Независимо друг от друга к этому пришли три мировые цивилизации, инки — одна из них.
Растущая империя нуждалась в ресурсах. Поэтому инкам было особенно важно иметь доступ к областям, лежащим на разных высотах, то есть к различным климатическим зонам. В Андах существуют три такие зоны: нижняя — пустынное побережье, тропический и субтропический районы долины Вилкабамба и засушливые высокогорные области, лежащие на высоте свыше 3-4 километров. В каждой зоне возделывались свои культуры. Так, например, картофель выращивался в высокогорных районах, маис — в более низких, а кока — в тропических лесах. Инки называли свою империю Тауантинсуйю — «Земля четырех стран света». От Куско дороги расходились радиально.
Неотъемлемой частью жизни была религия. Инки поклонялись Солнцу, которое, однако, было не главной культовой фигурой, а лишь одной из ипостасей единого, всемогущего и вездесущего бога. Концепция такого вероучения складывалась постепенно в Тауантинсуйю, именно там завершался процесс перехода от политеизма к монотеизму.
Тем не менее бог Солнца Инти оставался важной частью в системе мира этого народа, обожествлявшего также Луну, звезды и гром. Сапа-инка был сыном Солнца и потому считался божественным. Сотни его родственников составляли высший класс администраторов и жречества. Тело умершего верховного правителя подвергали мумификации, и мумии служили предметом поклонения. В каждой семье и каждом роду почитались собственные умершие родичи.
Усопших инки хоронили в естественных природных пещерах и в расщелинах, имевшихся в утесах. Бингем обнаружил в Мачу-Пикчу сотни две таких могил, причем некоторые из них располагались далеко внизу по склону горы. Каждая такая пещера или впадина была закрыта, как он пишет, «грубо сделанной стеной из камней и земли». Если стена хорошо сохранялась, кости оказывались целыми, и у каждого скелета колени были подтянуты до уровня подбородка — ритуальная поза при погребении.
Каждый уходящий в мир иной , будь то мужчина или женщина, хоронился вместе со своими вещами. Бингем писал: «Рядом со скелетами часто находились какие-то поделки, обычно — глиняные изделия, значительно реже — орудия и утварь из кости, ткацкие инструменты, изготовленные из костей ламы. Кое-где встречались куски бронзы».
В ходе раскопок здесь находили и веретена, применявшиеся инками для изготовления ткани «кхумпи», которая использовалась в религиозных обрядах. Многие религиозные церемонии были связаны с сельским хозяйством. «Маис был очень ценной культурой, — пишет археолог Барджер. — Его использовали в ритуальных целях, из него же варили чичу, маисовое пиво. Незаменим был маис и в военных походах, так как его можно было легко хранить и транспортировать».
Система взаимного обмена, благодаря которой налогоплательщики получали за свой труд пищу и чичу, часто осуществлялась во время религиозных церемоний, которые, вероятно, проводилиь в сохранившихся до наших дней зданиях.
«Я полагаю, — пишет Барджер, — что места, подобные Мачу-Пикчу, — являлись поселениями для правящей элиты Куско или для знатных лиц, связанных с царской фамилией. Скорее всего они жили здесь наездами, в течение какого-то определенного времени года. Но для поддержания поселений в нужном состоянии, по-видимому, требовалось большое количество слуг, а также некоторое число сельскохозяйственных рабочих, которые находились здесь постоянно».
Другие исследователи, однако, считают, что Мачу-Пикчу был административно-экономическим центром, задачей которого, в частности, было контролировать торговлю кокой для Куско. Возможно, отсюда в джунгли отправлялись экспедиции для ее сбора.
Особое впечатление на меня произвел выделяющийся изяществом комплекс жилых помещений, получивший название «Царская группа». Есть мнение, что это — уменьшенный вариант гигантских царских дворцов в Куско и в других центрах империи инков. Его каменная архитектура особенно изысканна, а в помещении, которое предположительно служило спальней Сапа-инки, имеется проточная вода.
Перед мысленным взглядом предстает картина, как священный Сапа-инка приветствуемый подданными приезжает в Мачу-Пикчу и осматривает свои владения. Это целое созвездие строений, в которых инки трудились, поклонялись своим богам и устраивали празднества. Малая часть огромного государства, которое, хотя просуществовало недолго, могло бы соперничать с Римской империей.
После того, как Хирам Бингем обнаружил руины Мачу-Пикчу, долгое время бытовало представление, будто город не простирается далее известных границ. Никому не приходило в голову вести раскопки в окрестностях, и это было ошибкой.
В декабре 1982 года группа перуанских археологов, с трудом продираясь сквозь густые джунгли, вышла на крутой горный склон, откуда открывался вид на пенящиеся стремнины реки Урубамбы. Примерно посередине 500-метрового обрыва, над которым высится Мачу-Пикчу, ученые обнаружили новые террасы, по всей видимости, сельскохозяйственного назначения, а также ритуальный комплекс с тридцатью захоронениями. Эти объекты занимали примерно такую же площадь, что и сам город.
Экспедиция обнаружила следы сложной градостроительной композиции. От четырех строений вниз спускались 70 террас. А примерно на удалении километра перед группой исследователей предстала площадь в форме почти правильного круга. В поперечнике он имел около десяти метров. Вокруг площади расположились пять небольших домов и одно отдельно стоящее здание покрупней. Круг был обнесен каменной стеной, служившей одновременно задней стеной примыкавших домов.
Из-за своей необычной структуры поселение, карабкающееся в гору, было названо Кильяпата. На кечуа, языке инков, это означает «выше Луны». Замечу заодно, что кечуа до сих пор распространен на огромной территории стран Андского субрегиона (Перу, Боливия, Эквадор), а также в меньшей степени в Колумбии, Аргентине и Чили. Всего на этом языке говорят свыше 10 миллионов человек.
Любопытно, что всего несколькими метрами ниже Кильяпаты проходит знаменитая «Тропа инков», по которой тысячи пеших пилигримов каждый год следуют в Мачу-Пикчу. Однако разглядеть с нее остатки древнего поселения было невозможно — их надежно упрятали джунгли.
Р.Барджер считает, что обнаруженное им длинное здание использовалось инками для определенного рода общественного труда. Наличие такого здания, да еще снабженного дверью с двойным косяком, заставляет предположить, что Кильяпата была не просто деревней, а поселением какого-то необычного назначения: история инков — дело темное.
Поскольку склон горы в этом месте очень крут, террасы возводились поистине монументальные. У некоторых из них стены достигают высоты 5—6 метров, а горизонтальная поверхность имеет свыше 9 метров в ширину. Плоские камни, встроенные в стену террасы, образуют своеобразную лестницу, ведущую вверх, если не к Луне, то к самым высоким этажам. Для сравнения замечу, что высота большинства террас в Мачу-Пикчу всего полтора метра.
Отталкиваясь от названия Кильяпата (Не забыли? Это означает: «Выше Луны»), участок террас с захоронениями был окрещен «часкапата» («над звездами»). Сохранившийся в обоих местах слой гумуса свидетельствует, что на протяжении веков они оставались неприкосновенными.
Кильяпата, расположенная на высоте 2460 метров над уровнем моря, включает 70 каменных террас шириной до 5 метров, связанных между собой ступенями и обрамленных галереями и дренажными каналами. Главный, выложенный камнем, канал шириной 10 метров спускается по склону холма к центральной лестнице, которая делит на две части 50-метровые террасы. От магистрального канала к каждой из террас расходятся более мелкие ответвления.
Рядом — складские постройки и ритуальное строение с нишами в форме трапеции. Входом оно обращено к долине реки Урубамба — месту, считавшемуся у инков священным. Особую ценность этой находке придает то обстоятельство, что она украшена орнаментом, ранее неизвестным в инкской архитектуре. » Близость Часкапата к местам омовения, а также к самому Мачу-Пикчу наводит на мысль, что этот комплекс служил для «окончательного очищения» перед вступлением в священный город.
Боюсь, что я утомил вас столь подробный описанием. Но наше путешествие подходит к концу: во второй половине дня желательно вернуться из Кильяпати в Мачу-Пикчу, чтобы успеть на последний автобус, идущий в Агуа Калиенте. И все же есть еще немного времени, чтобы посетить местный информационный центр.
Ученые считают, что «восьмому чуду света» — так принято называть Мачу-Пикчу — угрожает опасность. Частые ливневые дожди вызывают оползни, которые уже затронули «народный квартал» города и площадь Обелиска Солнца. Не меньшую опасность представляет, казалось бы, безобидная трава кикуйо, завезенная в Перу из Африки и посеянная для выпаса скота у подножия горы. Это растение настолько хорошо приспособилось к местным условиям, что пускает корни прямо в скалах, взобралось по склонам уже до самого города, разрушая вековые камни, из которых он сложен.
Грустно видеть, что город-крепость разрушается. Его монументальные стены, сложенные из гигантских, 200-тонных блоков, начали покрываться сетью трещин. Вызывает тревогу состояние Храма с алтарем, Храма Солнца с полукруглой башней и Храма трех окон. Разрушения произошли из-за гигантских сдвигов. Рассказывая туристам о мастерстве древних строителей-инков, местные гиды предлагают путешественникам попробовать вогнать иголку в стык гигантских каменных блоков, из которых сложены стены храма. Заранее известно — ничего не выйдет. Титаническая кладка больше похожа на монолит.
Поэтому появление в стене усыпальницы знатных инков — одного из главных сооружений комплекса — расщелины шириной в целый сантиметр не на шутку встревожило смотрителей древнего города. Как выяснилось, виной тому массивная глыба, которая по непонятной причине начала смещаться и давит на кладку. Исследователь Аугусто Калво, длительное время изучавший состояние крепости, сообщил, что трещины на ее стенах и на зданиях храмового комплекса увеличиваются. В порядке экстренной меры он предложил в срочном порядке укрепить их железобетоном. А перуанские власти призвали экспертов международных организаций изучить пути спасения Мачу-Пикчу и оказать Перу помощь в ее сохранении. Иначе крепость превратится в груду развалин…
Возвращаюсь в «Горячеводск» на одном из последних автобусов. В салон заходит индеец-подросток в боевом раскрасе. Чтобы пощекотать нам нервы, он выкрикивает что-то воинственное и выскакивает из закрывающихся дверей. А мы начинаем путь вниз, по серпантину. На одном из поворотов нас неожиданно приветствует боевым кличем все тот же «Чингачгук»: он спустился сюда напрямую — по крутой горной тропе. Аттракцион продолжался всю дорогу. Слегка запыхавшийся индеец в самый неожиданный момент выскакивал из лесной чащи с диким воплем, от которого в стародавние времена у путников, наверное, леденела кровь, и они покрепче держались за скальп.
Впереди — мост через горную реку, а за ним — конец серпантина. Неутомимый воин в последний раз скатывается к обочине, шофер открывает двери и втаскивает его в автобус. Они работают в доле. Звучит прощальный клич. После чего начинается сбор дани с восхищенных гринго. Приехали.