![Протоиерей Георгий Иоффе. Миссия – разговор на новых языках](https://old.spbda.ru/wp-content/uploads/2016/09/15.09.16_missiya_mini.jpg)
Одно из обетований воскресшего Спасителя Своим ученикам и всем уверовавшим во имя Его: «будут говорить новыми языками» (Мк.16:17). На наш взгляд, это напрямую касается миссии. В день Пятидесятницы после сошествия Святого Духа на апостолов, они «начали говорить на иных языках, как Дух давал им провещевать» (Деян.2:4), а всё множество народа из Иудеи и стран рассеяния слышали их на своем родном наречии «говорящих о великих [делах] Божиих» (Деян.2:11). Следует отметить, что вся толпа вблизи Сионской горницы состояла из иудеев (ст.5) и прозелитов (ст.10), т.е. язычников, принявших иудаизм, и для разговора с ними вполне хватило бы двух языков. Почти все жители Иудеи, Галилеи и Сирии говорили на арамейском языке, а иудеи рассеяния, приехавшие на праздник, говорили и по-гречески – на языке межнационального общения Римской империи и сопредельных с ней стран. Но эта пестрая по национальному составу толпа впервые в жизни услышала проповедь в такой форме, которая тронула их сердце и они поняли ее на родном языке. Благодать Святого Духа передала через учеников весть, которая коснулась сердца каждого. О чем же возвещали тогда апостолы? Последующие слова Петра, которые он вдохновенно произнес народу, стали первой проповедью Церкви, выражением богооткровенных истин об Иисусе Христе, возымевшей несомненный миссионерский успех, – к Церкви присоединилось около трех тысяч человек (ст.41). Так нáчало возвещаться Евангелие Христово.
Миссия Церкви во все времена – проповедовать Евангелие на языке, понятном тем, к кому обращена Благая весть. Это касается не только перевода Писания и богослужения на национальные языки, но и выбора специфической семантики – смыслового наполнения словесной последовательности – для каждого конкретного человека, группы людей или аудитории, к которым обращена проповедь миссионера. Также очень важен выбор способа общения, так называемой конструктивной коммуникации, при отсутствии которой у нас не получится взаимопонимания с нашими собеседниками. Можно с уверенностью сказать, что от верного использования семантических конструкций и правильного общения в значительной мере зависит успех миссионерского контакта.
Наиболее характерные ошибки, создающие барьеры в общении с людьми, касаются логики и семантики. Логический барьер – это неумение выражать свои мысли. Он может проявляться в путанице причинно-следственных связей, или в подмене понятий, или в неумелом подборе слов для выражения мыслей. Если вы столкнулись с таким собеседником, то наберитесь терпения: слушайте его очень внимательно и задавайте наводящие вопросы – это поможет вам понять его. Если же мы замечаем это за собой, то лучше пока воздержаться от миссионерства. Семантический барьер появляется, когда вы и ваш собеседник под одними и теми же понятиями подразумеваете совершенно разные вещи. Например, вы говорите о покаянии, и для вас оно значит перемену ценностных ориентиров, пересмотр своей жизни в свете Евангелия и получение прощения от Бога. Для нашего молодого нецерковного собеседника – это всего лишь дежурное слово поповского лексикона, а старшему поколению оно может смутно напомнить о фильме режиссера Абуладзе времен перестройки. Когда мы замечаем такое несоответствие, обязательно нужно разъяснять нашу терминологию.
Наша статья посвящена не столько спонтанным миссионерским контактам «по случаю», но, в гораздо большей степени, планомерной работе подготовленного миссионера, владеющего определенными библейско-богословскими, церковно-историческими знаниями и имеющего некоторые навыки конструктивной коммуникации. Также при подготовке миссионерской встречи необходимо учитывать время, место, возраст, культурный уровень собеседников и другие исходные факторы. Возможна, и этому есть положительные примеры, командная миссионерская работа, когда группа миссионеров проводит встречу, а каждый из группы последовательно раскрывает заявленную тему с разных сторон, но чаще всего миссионер работает в одиночку. В любом случае, миссия – всегда перевод со специфического языка Церкви – языка Писания, богослужения и богословия – на языки адекватного восприятия неподготовленной публики.
Попробуем в самых общих чертах структурировать формы и методы миссионерской проповеди, опираясь на Священное Писание, христианскую аксиоматику и историю Церкви. Сначала немного исторической гомилетики. В Церкви с самых ранних времен ее существования имеется четыре устоявшихся формы проповеди:
1. Во-первых, кéригма, то есть сообщение благовестника, в котором дается простое изложение фактов христианского вероучения, которое, с точки зрения проповедника, не вызывает у слушателей никаких споров или сомнений.
2. Далее следует форма дидахé, что буквально означает обучение, и в ходе которого освещаются и объясняются факты, изложенные ранее.
3. Употребляется также форма парáклесис, что означает увещевание, утешение, просьба о прощении греха. Эта форма проповеди направлена на то, чтобы убедить людей построить свою жизнь в соответствии с нормами, усвоенными ими на стадии кéригма и дидахé.
4. Наконец, существует форма гомúлиа, беседа, то есть наставление, как преобразить всю жизнь в духе христианского вероучения.
Классическая проповедь включает все эти четыре элемента: простое изложение истины из Евангелия; объяснение этих истин и фактов и их значение в жизни человека призыв людей устроить свою жизнь в соответствии с ними; и, наконец, руководство к преображению жизни людей в свете христианского вероучения.
Мы подробно остановимся на кéригме – первичном миссионерском контакте – беседе или проповеди, направленной по преимуществу на внецерковную аудиторию. Именно с кéригмой мы встречаемся в книге Деяний святых апостолов, потому что в задачу Деяний входит, в первую очередь, изложение Благой вести тем, кто никогда о ней не слышал. Последующие формы проповеди: дидахé, парáклесис, гомúлиа, носят катехизический, учительный и пастырский характер, и чаще всего направлены к уже уверовавшим людям.
Этимологически слово кéригма восходит к глаголу κηρύσσω (κηρύττω), который означает «быть глашатаем, извещать, созывать или приказывать через глашатая, публично проповедовать, учить чему-то важному». В новозаветном смысле, это напрямую относится к миссионерству.
Примеры апостольской кéригмы из книги Деяний:
-
Речи апостола Петра: в Пятидесятницу (2:14-40); после исцеления хромого у Красных ворот Храма (3:12-26); перед первосвященниками, книжниками и старейшинами (4:8-12); перед синедрионом (5:29-32); в доме сотника Корнилия (10:34-43).
-
Речь архидиакона Стефана перед синедрионом (7:2-56).
-
Проповедь диакона Филиппа эфиопскому евнуху (8:27-39).
-
Речи апостола Павла: проповедь в синагоге Антиохии Писидийской (13:16-41), которая, по-видимому, была им многократно повторена в других местах среди иудеев и прозелитов рассеяния; проповедь язычникам в афинском ареопаге (17:21-31); речи в узах перед проконсулом Феликсом(24:24-25) и царем Агриппой (26:1-29).
Рассмотрим кратко основные пункты самой первой керигматической проповеди апостола Петра в Пятидесятницу. Отвергая обвинения в пьянстве, он начинает с цитирования пророчества Иóиля (2:28-32) об излиянии Святого Духа перед наступлением Дня Господня. Затем свидетельствует об Иисусе, Его смерти и воскресении, цитируя мессианские пророчества из Псалтири и доказывая, что все они относятся именно к Иисусу, и Он есть Мессия – Христос, Которого распяли иудеи руками беззаконных (т.е. римлян). В ответ на вопрос, что же делать (а по существу – как спастись?), Петр говорит о покаянии, о крещении во имя Христово, о прощении и о даровании Святого Духа, поскольку призванным и уверовавшим во Христа принадлежит обетование Божие, т.е. вечная жизнь. А от «рода развращенного» (ст.40), т.е. от людей, доведших свою строптивость до столь ужасного и опасного дела, как отвержение Мессии и неверие в Него, надо спасаться, чтобы не подвергнуться осуждению вместе с ними. Это подразумевает чистоту жизни уверовавших во Христа и спасение от наказания Божия, неизбежно тяготеющего над всяким злом в нашем мире.
Кéригма построена по определенной форме, которая часто повторяется в Новом Завете. Раскрывая структуру апостольской проповеди, мы будем говорить о практических рекомендациях к миссионерской беседе, применительно к условиям нашей сегодняшней жизни.
1. Во-первых, утверждается, что земная жизнь Спасителя и все Его деяния и страдания явились исполнением пророчеств, изложенных в Ветхом Завете.
В современных условиях начало миссионерского контакта максимально важно, потому что, если не взять внимание аудитории в первые минуты встречи, далее это будет практически невозможно сделать. Я сердечно благодарю сотрудника епархиальной миссии А.С.Мозгового за ценные замечания и дополнения по этому пункту.
В наше время, когда Библию практически не читают или знают весьма поверхностно, исполнение во Христе ветхозаветных пророчеств необходимо раскрывать через христианское учение о человеке. На наш взгляд, именно антропология является методологической и практической основой миссии. Основные антропологические постулаты христианства укладываются в три главных пункта: творение-грехопадение-искупление. Но насколько они актуальны для большинства наших сограждан?
В своей проповеди на Пятидесятницу апостол Петр говорил к людям верующим – Бог для них был реальностью, хотя бы только мыслимой. Миссионеру нашего времени приходится работать в совершенно иной обстановке. Основной принцип современной бытовой «практической антропологии» никакого Бога не требует, поскольку гласит: «Вколоти полноту своего бытия в земную жизнь». Даже эвтаназия легко встраивается в эту парадигму как несомненная положительная ценность. Иначе говоря, основные антропологические пункты христианства – творение-грехопадение-искупление – находятся для массового сознания за горизонтами представимого и, хуже того, за горизонтами интересующего. Соответственно, любые религиозные действа, если и совершаются, приобретают фальшивый суеверный статус: «сделаем на всякий случай, может, Бог поможет нам здесь и сейчас». Творение, грехопадение и искупление остаются вне сферы интересов, а полнота личной вечности – в бытии с Богом и в Боге – отсутствует как цель земной жизни.
Как вывалиться из этого ущербного «здесь и сейчас» в вечность, как обрести вертикаль бытия? Что или кто может раскачать наше сознание, закаменевшее в сиюминутности?
-
Это может быть непосредственное созерцание христианина, который служит миру при отвержении мира – явление прижизненной святости. Пример из недавнего прошлого – Сербский патриарх Павел. Те, кто знал его или хотя бы короткое время наблюдал, навсегда поражались евангельской простотой его жизни.
-
Это может быть сверхъестественное вмешательство – явление крайне редкое, вернее, крайне редко нами замечаемое. Господь всегда стучится в двери нашей души: «Се, стою у двери и стучу: если кто услышит голос Мой и отворит дверь, войду к нему, и буду вечерять с ним, и он со Мною» (Откр.3:20), но мы настолько погрязли в повседневности, что не разбираем Его тихого голоса.
-
Это могут быть миссионерские усилия, направленные на расширение горизонта внимания аудитории. Целью этого может быть и развитие интереса к Писанию, к Священной Истории и Преданию, к феномену смерти (а массовое сознание XXI-го века всё это закрывает как ненужное или вовсе отбрасывает) и к цели собственной жизни, чтобы не просто «жить, чтобы жить», но «жить, чтобы жить блаженно».
-
Наконец, толчком может послужить личное бедствие, или бедствие общественное. Действие по поговорке «Пока гром не грянет – мужик не перекрестится», или более жестко: «Свинья видит небо только тогда, когда ее режут». Возможно, конечно, что никаких небес бедствие и не покажет (точнее, как бы не покажет). Побывавший в такой ситуации человек, если сохранит совесть, будет жить достойно, по возможности избегая воспоминаний о том периоде жизни, когда он был не-человеком (поэтому настоящие фронтовики и блокадники не любят вспоминать о войне). Вероятно, подлинная переплавка беды в «разверстые небеса» есть удел очень немногих.
У Боба Дилана есть известная песня, название которой говорит само за себя: «Knockin’ on Heaven’s Door» – «Достучаться до небес». Главная задача миссионера на первом этапе встречи с людьми – достучаться до сердец слушающих, приобрести их внимание. Если все-таки удается «раскачать» аудиторию, можно кратко и образно рассказать о Священной Истории нашего спасения, о пророках, как провозвестниках Божией воли, затем перейти непосредственно к пророчествам о Христе. У миссионера обязательно должна быть такая «домашняя заготовка». Основная цель – показать, что история – не цепь случайных событий, но что в ней есть Божественный Промысл, начало и конец, смысл и цель. Пророческое откровение показывает нам, что Бог управляет всем и Он исполняет Свои намерения.
2. Во-вторых, в кéригме утверждается, что в Иисусе явился в мир Мессия – Христос, исполнились пророчества о Нем, и взошла заря новой эры.
«Иисус есть Христос» – первое исповедание апостольской веры. Мф.16:18 «Ты – Христос, Сын Бога Живого» и пар. Мк.8:29, Лк.9:20 – исповедание Петра в Кесарии Филипповой. Ин.20:31 – утверждение Иоанна Богослова о причинах написания Евангелия: «Сие же написано, дабы вы уверовали, что Иисус есть Христос, Сын Божий, и, веруя, имели жизнь во имя Его». Деян.8:37 – исповедание веры эфиопского евнуха перед крещением от Филиппа: «верую, что Иисус Христос есть Сын Божий» – очень важно вспомнить этот эпизод, когда мы будем говорить о вступлении в Церковь. Проповеди Павла: «Сей Христос есть Иисус, Которого я проповедую вам» (Деян.17:3), «Павел понуждаем был духом свидетельствовать Иудеям, что Иисус есть Христос» (Деян.18:28). Проповедь Апóллоса: «ибо он сильно опровергал Иудеев всенародно, доказывая Писаниями, что Иисус есть Христос» (Деян.18:5). 1Ин.2:22 «Кто лжец, если не тот, кто отвергает, что Иисус есть Христос? Это антихрист, отвергающий Отца и Сына!» и пар. 1Ин.5:1, 1Ин.5:6 – критерий Иоанна Богослова об истинности исповедания христианской веры. И наконец, 1Кор.3:11 – утверждение Павла: «Ибо никто не может положить другого основания, кроме положенного, которое есть Иисус Христос». Это один из догматов христианской аксиоматики, подтвержденный всем опытом жизни Церкви.
Очень важно показать, что Спаситель – стержень и суть всей истории; что с Его рождением вечность вторглась в наше время, и, поэтому, должны изменяться и жизнь и мир.
Здесь уместно поговорить о святости, как о явлении освящения Христом человеческой природы и об обóжении, как о цели христианской жизни. Это лучше представить на конкретных агиографических примерах, более или менее знакомых аудитории. Миссионеру важно подчеркнуть многообразие форм святости и уникальность подвига каждого святого. Также можно упомянуть о постепенном смягчения нравов в связи с распространением христианства (яркий пример – прекращение гладиаторских боев в 403 году при императоре Гонории, когда отшельник Телемах вышел на арену разнимать бойцов, и за это его растерзала возмущенная толпа). Можно рассказать о попытке отмены смертной казни при князе Владимире, только что принявшем крещение и т.п.
3. Далее в кéригме утверждается, что Иисус происходит от царя Давида, что Он учил и творил чудеса, и был распят, но воскрес из мертвых, и теперь Он сидит одесную Бога.
Ранняя Церковь была убеждена в том, что в основе христианского вероучения лежит земная жизнь Спасителя, Его распятие, смерть и воскресение. «О том, что было от начала, что мы слышали, что видели своими очами, что рассматривали и что осязали руки наши, о Слове жизни, – ибо жизнь явилась, и мы видели и свидетельствуем, и возвещаем вам сию вечную жизнь, которая была у Отца и явилась нам, – о том, что мы видели и слышали, возвещаем вам, чтобы и вы имели общение с нами: а наше общение – с Отцем и Сыном Его, Иисусом Христом» (1Иоан.1:1-3). Спаситель не был для апостолов и первых учеников исторической личностью, о которой они читали и слышали, но они знали Его лично и встречались с Ним – Он жил и пребывал с ними.
Для нас, отделенных от евангельских времен на две тысячи лет, важно показать, что «Иисус Христос вчера и сегодня и во веки Тот же» (Евр.13:8), что Его жизнь, смерть и воскресение так же актуальны для нас, как и для очевидцев этих событий. Иначе говоря, нам нужно донести мысль, что без личной встречи со Христом невозможна вечная жизнь. Здесь, на наш взгляд, можно беседовать по обстоятельствам, насколько это будет уместно в конкретной аудитории. Например, можно поговорить о времени как длительности (хронóс) и священном времени действия Божиего в мире (кайрóс), рассказать о Таинствах Церкви, когда безо всяких видимых и чувственных эффектов в нас начинает действовать Сам Господь, исправляя поврежденную грехом человеческую природу. Также допустимо, по рекомендации приснопамятного Сурожского митрополита Антония, поговорить о том, что читая или слушая Евангелие, нам важно самим как бы войти в описываемые там ситуации, подумать, на чьей мы стороне, испытать свою совесть. Когда происходит встреча с Живым Богом в молитве, Таинствах, Священном Писании, наша жизнь качественно изменяется. Здесь важно привести примеры, можно использовать пересказ эпизодов из книги «О встрече» митр. Антония, или «Настигнут радостью» К.С.Льюиса, или поделиться собственным опытом обращения.
4. Затем в кéригме утверждалось, что Иисус вернется во славе, чтобы судить мир и установить Свое царство. Церковь твердо верит во Второе Пришествие и ожидает его.
Раскрывая тему эсхатологии, мы снова возвращаемся к идее осмысления истории, ее развития и завершения, но уже с точки зрения Нового Завета. Здесь можно, оттолкнувшись от нынешних эсхатологических страхов и нагнетания апокалиптических настроений, рассказать и показать на примерах Писания, что для христиан ожидание Второго Пришествия – не ужас перед катастрофами, Божиими карами и антихристом, а радостное ожидание исхода в новый мир, свободный от греха и проклятия, где «Бог будет всё во всём» (1Кор.15:28).
5. Проповедь апостолов завершалась утверждением, что спасение человека лишь во Христе Иисусе, что тот, кто верит в Него, исполнится Духа Святого и будет спасен, а того, кто не верит, ждет осуждение.
Важно показать, что человек находится в пути, и он призван к вечной жизни, что вечность без Бога – самая страшная мука, а выбор направления движения к вечности зависит от каждого из нас. Можно использовать экзегетический разбор четырех последовательных Христовых притч о суде из 24 и 25 глав Евангелия от Матфея. Притча о верном и злом рабе (24:45-51) – суд над злонамеренным уклонением от Божиих заповедей. Притча о десяти девах (25:1-13) – суд над легкомысленной беспечностью в деле спасения. Притча о талантах (25:14-30) – суд над малодушным нежеланием преумножить Божии дарования. Притча об овцах и козлищах (25:31-46) – окончательный суд над утратившими человеческий облик, т.е. необратимо исказившими в себе образ Божий. Хороший методический материал – трактат К.С.Льюиса «Расторжение брака». Здесь очень важно подчеркнуть принципиальность христианской позиции, недвусмысленно выраженной еще пророком Моисеем в Ветхом Завете: «жизнь и смерть предложил я тебе, благословение и проклятие. Избери жизнь» (Втор.30:19).
Попробуем, отчасти повторяя ранее сказанное, сформулировать основные правила ведения миссионерской беседы.
-
Во-первых, миссионер должен четко понимать, с кем он общается, культурный и образовательный уровень аудитории или собеседника, и, исходя из этого, сформировать текущий язык общения.
-
Во-вторых, очень важно понять духовный запрос собеседников (или его отсутствие). Поэтому необходима постоянная обратная связь, которая становится основным критерием завершенного миссионерского контакта. Если запроса нет, надо попытаться его сформировать. Здесь нужно сделать одно важное замечание. Формирование духовного запроса с нашей стороны ни в коем случае не должно быть манипулированием. Иногда с первого раза не получается, но это не должно смущать. Главное – заинтересовать, зацепить собеседников, предложить в следующий раз точнее сформулировать вопросы, не лениться тратить на такое общение личное время, ведь самый главный человек тот, кто нуждается в твоей помощи здесь и сейчас.
-
В-третьих, еще раз напомним, что миссионеру приходится быть переводчиком со специфического языка Церкви, которым большинство наших сограждан не владеют, на обычный язык человеческого общения, привычный каждому слушающему. Абсолютно исключается пафосность и высокопарность, в речи должно быть как можно меньше архаизмов и славянизмов, а уж если их пришлось привести в качестве терминов – тут же объяснить.
Иудейский праздник Пятидесятницы с точки зрения Священной Истории знаменовал получение Моисеем закона на горе Синай. Он имел и земледельческое значение. На Пасху Богу приносили в жертву первый сноп ячменя нового урожая, а в Пятидесятницу два пшеничных хлеба в знак благодарности за собранный урожай. Этот праздник имел одну специфическую особенность. Закон запрещал в этот день любую работу даже рабам (Лев.23:21; Числ.28:26), Пятидесятница была праздником для всех, и тóлпы на улицах были больше, чем когда-либо, поэтому проповедь апостола Петра услышали тысячи людей. В нашу информационную эпоху возможности миссии потенциально предполагают огромные аудитории, не ограниченные каким-либо местом. А новозаветное понимание Пятидесятницы – соединение Святым Духом в Теле Христовом – апостольской Церкви – всех уверовавших, независимо от этнической, социальной и культурной принадлежности. Святитель Григорий Двоеслов, комментируя апостольскую глоссолалию (Деян.2:4), утверждает, что новыми языками возвещают «те верующие, которые уже оставляют мирские слова ветхой жизни, а громко говорят о Святых Таинствах, повествуют, сколько могут, о славе и могуществе своего Создателя» (Беседа 29, говоренная к народу в храме Св. Апостола Петра на Вознесение Господне).
В заключение отметим самое главное условие правильного миссионерского контакта. Это выбор языка приятия и уважения, приветливости и доброжелательности миссионера к собеседникам, как бы они к нам не относились. И конечно, миссия невозможна без молитвы перед тем, как выходить к людям со словом о Христе, чтобы в этом деле нам сопутствовала и нас укрепляла Божественная благодать, а мы приносили Господу плоды нашего усердия и благодарности. И это касается не только проповеди – каждый христианин может возвещать Христа на понятном всем языке Святого Духа – на языке любви.