![Распятие Бога](https://old.spbda.ru/wp-content/uploads/2016/04/22.04.16_raspyatie_mini.jpg)
Стою вчера вечером в храме, смотрю на деревянное Распятие. Красный блик лампадки как раз там, где у Распятого сердце.
Последняя в этом году, в этом Посту Пассия. «Иисусе бесценный, ценою купленный, стяжи мя в Твое вечное наследие…»
Знаком ли вам этот внезапно приходящий ужас от давней вины — не греха даже, а именно вины перед другим человеком, ранее, может быть, не осознанной или осознанной лишь поверхностно и быстро забытой?.. А что же должны были испытать люди, осознай они, что распяли Бога?..
От ужаса и боли они должны были, кажется, умереть на месте…
На самом деле им не нужно умирать — Он их простил. Не «простил бы, если бы они покаялись», нет, а именно — сразу, без всяких условий простил (см.Лк.23,34). А дальше дело было за ними самими, за их свободным выбором: принять свою вину и вместе с нею прощение, или оправдать себя и погибнуть. Выбрали второе.
«…мы же чудяшеся тайне вольного страдания Твоего, со умилением зовем…» Жаль, слово «умиление», как и многие иные слова из духовного, так скажем, словаря, в нашей современной речи принижено до уровня сентиментальности… Но главное — «чудяшеся тайне». «Вольная страсть», Крестная жертва — это ведь именно тайна, до конца объяснить это нельзя.
Недавно, перебирая старые книги в отчем сельском доме, я нашла некую атеистическую книженцию, изданную, когда я — то ли училась еще в школе, то ли уже поступила в университет, словом — тогдашнюю. Из ранней моей юности. Сразу говорю, никакой верующей я тогда не была, с детства твердо знала, что Бога нет, от прихода к Нему меня отделяли «годы и версты».
Не помню, кто эту книгу купил, как она у нас оказалась, не помню, читала ли я ее… Читала!.. Вот — мой полудетский еще, неустоявшийся почерк на полях страницы. Усмехаюсь заранее, еще не прочитав: что я такое умное здесь изрекла, вундеркинд?…
Смысл ядовитого книжного абзаца таков: если Бог всемогущ, почему же Он (все с маленьких букв, естественно) не мог спасти падшее человечество иначе, почему для этого нужно было непременно мучить собственного Сына? Непонятно, дескать…
А почерком моим нахальным на полях написано следующее: «А вот мне это вполне понятно!» Почему, какими судьбами я это начертала?.. Как я это понимала в те годы — насильственно отлученный от Христа подросток?
Не помню…
Бирюкова Марина